Меню

Справочник по диагностике и статистике психических расстройств

Психопатия и Руководство по диагностике и статистике психических расстройств (DSM)

Психопатия и Руководство по диагностике и статистике психических расстройств (DSM)

Хотя практически все понимали важность аффективных черт, названных Хэром и Клекли, некоторые психиатры сомневались в способности обычного практикующего врача успешно распознать такие признаки, как отсутствие эмпатии, чувства вины и угрызений совести.

Есть одна распространенная ошибка, которая ведет к завышенной оценке некоторых аффективных черт, например отсутствия эмпатии, а именно когда специалист фокусируется на одном поступке, например тяжком преступлении, которое и стало причиной оценки человека, его совершившего. Например, если преступник совершил сексуальное насилие над ребенком, многие стажеры ответят утвердительно на вопрос, соответствует ли это поведение высокому баллу по пункту отсутствия эмпатии. Однако они могут ошибаться<28>. Сексуальное преступление – лишь одно свидетельство, предполагающее недостаток эмпатии. Для высокого балла признаки этой черты должны проявляться в разных сферах жизни человека на большем ее протяжении – как показал и Кох в своем эпохальном вкладе в изучение личностных черт (при расстройстве). Итак, человек, надругавшийся над ребенком, вполне может заслуживать высокого балла по шкале отсутствия эмпатии, но если и так, то устанавливается это потому, что он демонстрировал недостаток эмпатии в течение длительного времени во всех сферах жизни – а единственное преступление не гарантирует автоматически высокого балла.

Готовя клинических врачей, мы учим их одному приему при оценке психопатии: оставить за рамками тяжкое преступление, за которое человека взяли под стражу или судили. Он должен получить тот же балл, независимо от преступления, которое привело к тюремному сроку. Таким образом можно не попасться в типичную ловушку, когда из-за одного ужасного деяния специалист дает человеку высокий балл по всем пунктам.

Без должной подготовки средний практик, скорее всего, не сумеет эффективно диагностировать психопатию. Простое решение этой проблемы состоит в том, что врач, перед которым стоит профессиональная необходимость оценивать психопатию, должен пройти специальное обучение. И это одна из причин, почему для получения лицензии на профессиональные занятия психологией и психиатрией врач должен повышать квалификацию.

Однако разногласия между теми, кто полагал, что аффективные черты можно надежно диагностировать, и их противниками много раз приводило к изменениям в классификации психопатии в Руководстве по диагностике и статистике психических расстройств (DSM) Американской психиатрической ассоциации.

DSM – американская библия психических болезней. Руководство дает практикующим врачам шаблон для оценки и классификации пациентов. Диагностика пациента обычно является первым шагом к назначению оптимального лечения. Однако определение психической болезни – весьма запутанный процесс, и я всегда учу студентов выходить за рамки DSM. Иначе говоря, DSM – хорошая отправная точка, но, чтобы действительно быть на переднем крае психиатрической науки или в курсе новейших способов лечения, необходимо знать плюсы и минусы любого процесса установки психиатрического диагноза. Более того, DSM постоянно меняется, и в его основе лежит наука, экономика и политика (и не обязательно именно в таком порядке). Поэтому исследователь обязательно должен разобраться в истории изучаемой психической болезни и узнать, как она определялась в предыдущих версиях DSM.

Первые изложенные в DSM варианты терапии диссоциального расстройства личности/психопатии вызвали широкое недовольство<29><30>. Это заставило Американскую психиатрическую ассоциацию провести полевые исследования, чтобы руководство полнее описывало традиционные симптомы психопатии. В итоге в DSM-IV (и DSM-V) вновь оказались введены некоторые аффективные критерии, удаленные из DSM-III, но так половинчато, что оно практически ничего не говорит о том, как составить из отдельных симптомов единое целое.

Читайте также:  Диагностика психолога в логопедической группе

Пожалуй, еще важнее – и опаснее – то, что судебные эксперты могут диагностировать у лица диссоциальное расстройство личности по определению DSM, но при этом неправильно использовать литературу, как Перечень психопатических черт, и ошибочно связать новейшие открытия о рецидивизме и методах лечения с лицом, у которого лишь минимальные диссоциальные симптомы.

Я регулярно консультирую юристов и судей и знаю, что они довольно часто слышат от своих консультантов, будто бы у ППЧ и DSM одинаковые критерии диссоциального расстройства, тогда как это совершенно неверно.

На семинарах профессиональной подготовки я вкратце описываю отношение между определением диссоциального расстройства личности в DSM и психопатии в ППЧ.

Критерии диссоциального расстройства личности в DSM примерно полдороги не доходят до диагноза психопатии по перечню Хэра. Если вы врач, работающий с обычным населением, и проведете интервью с клиентом и обнаружите, что он соответствует критериям DSM, можете быть уверены, что перед вами человек с очень тяжелым характером. Но после этого вы должны выйти за рамки DSM и оценить признаки психопатии при помощи перечня Хэра. Таким образом вы будете знать, имеете ли вы дело с психопатом, и это позволит составить программу терапии и стратегию обращения с клиентом. Если же вы работаете в судебно-правовой системе, вам следует даже не обращать внимания на критерии DSM и пользоваться только исправленным Перечнем психопатических черт.

Эволюция исследований психопатии полна неожиданных поворотов, однако научное сообщество в итоге сумело создать систему оценки этого расстройства. В следующей главе я подробнее рассмотрю симптомы психопатии на примере двух известных убийц.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Источник

Юрий Антропов – Основы диагностики психических расстройств

99 Пожалуйста дождитесь своей очереди, идёт подготовка вашей ссылки для скачивания.

Скачивание начинается. Если скачивание не началось автоматически, пожалуйста нажмите на эту ссылку.

Описание книги “Основы диагностики психических расстройств”

Описание и краткое содержание “Основы диагностики психических расстройств” читать бесплатно онлайн.

Авторы руководства придерживаются взглядов петербургской психиатрической школы (И. М. Балинский, В. М. Бехтерев, В. Х. Кандинский, В. П. Осипов, П. А. Останков, И. Ф. Случевский и др.). Это получило отражение в представленной ими системе психиатрических представлений и понятий.

Руководство написано в классическом стиле. С современных позиций рассмотрена патология всех психических сфер: восприятия, ориентировки, самосознания, памяти, мышления, речи, интеллекта, эмоций, воли, внимания и др. Сведения о расстройствах психической сферы и их диагностическом значении предваряются определением и психофизиологической характеристикой ее нормальной функции. Приведены рекомендации по выявлению психической патологии. Издание содержит подробные указатели: предметный и нозологический.

Руководство предназначено психиатрам, неврологам, врачам общей практики, студентам медицинских вузов и психологических факультетов.

Под редакцией проф. Ю. А. Антропова.

Коллектив авторов: зав. каф. психиатрии Пензенского института усовершенствования врачей (ПИУВ), д-р мед. наук, проф. Ю. А. Антропов; проф. каф. психиатрии ПИУВ, д-р мед. наук, доц. А. Ю. Антропов; директор Санкт-Петербургского научно-исследовательского психоневрологического института им. В. М. Бехтерева, д-р мед. наук, проф. Н. Г. Незнанов.

Издательство «ГЭОТАР-Медиа». Москва. 2010.

ОСНОВЫ ДИАГНОСТИКИ ПСИХИЧЕСКИХ РАССТРОЙСТВ

В развитии психиатрии, как и любой другой науки, имеют место подъёмы и спады, периоды заблуждений, регресса, но и постепенное увеличение объёма знаний и представлений о психических болезнях, их диагностике, методах лечения и реабилитации. Это и определило целесообразность рассмотрения семиотики психических заболеваний и диагностических подходов на современном этапе развития отечественной психиатрии.

В системе психиатрических взглядов очень важен внутренний порядок. Психиатрические школы отличаются не различным пониманием клинической картины олигофрении, эпилепсии, реактивных психозов и других заболеваний, а главным образом различием в системе психиатрических знаний и представлений. Это в наибольшей мере отражается в методологии подхода при диагностике психических заболеваний, в особенности шизофрении, аффективных и экзогенно-органических психозов.

Читайте также:  Диагностика дошкольников по речевому развитию

Использованная в руководстве система психиатрических представлений и понятий является отражением и в известной мере разработкой взглядов петербургской психиатрической школы (И. М. Балинский, В. Х. Кандинский, В. М. Бехтерев, В. П. Осипов, П. А. Останков, И. Ф. Случевский, Р. Я. Голант, Н. Н. Тимофеев, Е. С. Авербух, Н. И. Озерецкий, В. Н. Мясищев, Т. Я. Хвиливицкий, Б. Я. Первомайский, Е. А. Личко и др.).

Авторский коллектив глубоко благодарен профессору Е. Н. Марковой за ценные советы при разработке ряда разделов Руководства и за предоставление конспекта лекций, прочитанных в 1960-х годах И. Ф. Случевским врачам-слушателям ГИДУВа. Авторы считают своим долгом с благодарностью отметить большое участие в подборе необходимой информации на начальном этапе работы над Руководством рано ушедшего из жизни ассистента кафедры психиатрии Пензенского института усовершенствования врачей кандидата медицинских наук В. А. Павловского. Искреннюю признательность авторы выражают доценту А. С. Ялдыгиной за плодотворное участие в обсуждении некоторых положений руководства.

Авторы отдают себе отчёт в том, что в Руководстве, наряду с достаточно удачными разделами и положениями, присутствуют и не совсем удачные, быть может, в чём-то неубедительные фрагменты. В этой связи авторы надеются на заинтересованные отклики, замечания и предложения читателей, которые будут учтены в дальнейшей работе над Руководством.

Добросовестный врач, пишущий информативную историю болезни, исполняет не только ответственную профессиональную обязанность, но и делает заявку на фактическое участие в научном прогрессе психиатрии. Последний в определённой мере связан с изучением архивных историй болезни научными работниками. Возможно, что в недалёком будущем истории болезни, являясь ценнейшим источником информации, будут настолько высоко оцениваться, что возникнет этическая необходимость и обязанность в научных публикациях указывать авторов историй болезни в перечне использованной литературы. Со времен Э. Крепелина психиатрическая наука в значительной мере выросла из катамнестических исследований, серийной статистической обработки историй болезни. К. Ясперс указывал на необходимость создания психиатрических биографий, при помощи которых возможна систематически совершенствующаяся диагностика и дифференциальная диагностика психопатий, неврозов, аффективных психозов, шизофрении и других психических заболеваний.

Исследование психически больного начинается с изучения его внешнего вида, особенностей контакта, выявления жалоб, изучения анамнеза настоящего заболевания, семейного анамнеза (с включением генеалогического исследования), анамнеза жизни (биографии больного), получаемых со слов больного, т. е. субъективного анамнеза, и так называемого объективного анамнеза — со слов родственников больного и других лиц, а также из доступной медицинской документации. Затем проводят исследование личности, психического и соматоневрологического состояния. На заключительном этапе проводят параклинические исследования, необходимость в которых определяют на первых этапах изучения больного.

Вся атмосфера больницы, этические и эстетические особенности врача, его профессиональные навыки, живое заинтересованное неформальное участие в судьбе больного, в его излечении должны растопить лёд недоверия и предрассудков больных и их родственников к психиатрии и дать возможность получить необходимую для успешной диагностики информацию

Предлагаемый ниже алгоритм исследования психически больных не универсален. При обследовании пациентов с наркологическими, сексопатологическими, геронтологическими психическими расстройствами, а также при обследовании психически больных детей и подростков этот алгоритм следует дополнить и соответствующим образом адаптировать к конкретной ситуации.

Первичный осмотр больного

1.1. Внешний вид больного

Первое впечатление о больном представляет собой важный этап диагностического процесса, на котором происходит включение как чувственно-образного (интуитивного), так и рационального познания болезни. В этой связи необходимо всестороннее и детальное изучение особенностей внешнего вида больного с отражением их в истории болезни. В частности, должны быть учтены: опрятность — неопрятность (общая, в одежде), безразличие к одежде — подчеркнутая аккуратность и вычурность, яркость одежды, особенности ухода за внешностью (за лицом, прической), пристрастье к украшениям, парфюмерии, а также — особенности мимики и пантомимики (адекватная, выразительная, оживленная, беспокойная, возбужденная, растерянная, вялая, заторможенная, застывшая),[1] характер походки — как вошел в кабинет (охотно — неохотно, молча — в речевом возбуждении, самостоятельно, с помощью медперсонала, внесён на носилках).

Читайте также:  Пцр диагностика клещевого боррелиоза

Уже по внешнему виду больного, его мимике, позе, по предварительным анамнестическим сведениям нередко оказывается возможным предположить в первом приближении синдром, а иногда и заболевание. Это позволяет варьировать характер и форму беседы с больным (содержание задаваемых вопросов, их громкость, лаконичность, необходимость повторения, степень сложности).

Определенное затруднение при создании даже провизорной диагностической гипотезы на основе некоторых характеристик внешнего вида может быть обусловлено тем, что многие признаки его (сценическая информация, по Аргеляндеру, 1970) наименее поддаются объективизации, так как зависят от уровня культуры, вкусов, воспитания, этнических и профессиональных особенностей.

Для отнесения особенностей внешнего вида к психопатологическим феноменам и отличия их от бытовых, социальных, культуральных непсихотических аналогов необходимо учитывать внезапность, неожиданность их появления, шаржированность, броскость, психологическую немотивированность, бесцельность. Должно быть принято во внимание, в какой степени эти особенности вызывают удивление, насмешки, возмущение окружающих, шокируют их, противоречат вкусам и обычаям среды, уровню культуры индивида, его обычному облику и поведению. Как правило, внешние признаки проявляются не изолированно, а сочетаются с изменением всего стиля жизни больного.

1.2. Особенности контакта больного (общение с окружающими и врачом)

Необходимо не только описывать особенности контакта (легкий, избирательный, формальный), но и пытаться выяснить причины затруднения его. Причинами нарушения контакта больного с окружающими могут быть помрачение, спутанность, сужение сознания, мутизм, явления негативизма, наплыв галлюцинаций и иллюзий, бредовая настроенность, апатия, аутизм, глубокая депрессия, страх, возбуждение, сонливость, афазия, а также прием некоторых психотропных средств, алкоголя, наркотиков. Конечно, в ряде случаев сразу же установить причину отсутствия, затруднения или ограничения контакта оказывается затруднительным, тогда могут быть сделаны лишь предположения.

Для получения доброкачественной информации в беседе с маниакальным больным целесообразно внимательно, не перебивая вопросами, слушать и фиксировать его высказывания. Запомнить их практически невозможно, а повторить свои высказывания маниакальный больной не в состоянии. При выраженной маниакальной речевой спутанности целесообразно использовать магнитофонную запись. Важно обращать внимание на изменение настроения больного в зависимости от темы беседы, на заинтересованность больного определенными темами. Надо выяснить, влияет ли внешняя ситуация на структуру речевой продукции или последняя носит преимущественно репродуктивный характер. По мере течения беседы следует делать попытки хотя бы ограниченного управления поведением и речевой продукцией больного, направленностью его внимания, умело корригировать попытки маниакального больного полностью подавить активность собеседника и взять инициативу разговора в свои руки. При выраженной маниакальной спутанности и гневливой мании контакт с больными может быть затруднительным, непродуктивным, а иногда и вообще невозможным. Необходимо терпеливо сносить неуместные шутки, насмешки, остроты, замечания маниакальных больных, умело отвлекая и переключая беседу на другие темы. Врачу следует воздерживаться от шутливых замечаний, избегать сексуальных тем, так как имеется риск оказаться включенным в сверхценные, бредоподобные и бредовые идеи эротического содержания.

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock
detector